Кто создал историю государства российского. Карамзин «История государства Российского» – краткий критический анализ

Кто создал историю государства российского. Карамзин «История государства Российского» – краткий критический анализ

💖 Нравится? Поделись с друзьями ссылкой

«История государства Российского» -- многотомное сочинение Н. М. Карамзина, описывающее российскую историю начиная с древнейших времён до правления Ивана Грозного и Смутного времени. Труд Н. М. Карамзина не был первым описанием истории России, но именно это произведение благодаря высоким литературным достоинствам и научной скрупулёзности автора открыло историю России для широкой образованной публики и наибольшим образом способствовало становлению национального самосознания.

Карамзин писал свою «Историю» до конца жизни, но не успел её закончить. Текст рукописи 12 тома обрывается на главе «Междоцарствие 1611--1612», хотя автор намеревался довести изложение до начала правления дома Романовых.

"История государства Российского" - крупнейшее для своего времени достижение русской и мировой исторической науки, первое монографическое описание русской истории с древнейших времен до начала XVIII в.

Труд Карамзина вызвал бурные и плодотворные для развития историографии дискуссии. В спорах с его концепцией, взглядами на исторический процесс и события прошлого возникали иные идеи и обобщающие исторические исследования - "История русского народа" М.А. Полевого, "История России с древнейших времен" С.М. Соловьева и другие работы. Утрачивая с годами собственное научное значение, "История…" Карамзина сохранила свое общекультурное и историографическое значение, из нее черпали сюжеты драматурги, художники и музыканты. И поэтому этот труд Карамзина входит "в корпус тех классических текстов, без знания которых не может быть полноценно понята история русской культуры и исторической науки". Но, к сожалению, после октябрьской революции восприятие "Истории…" как сочинения реакционно-монархического на долгие десятилетия закрывало ей путь к читателю. С середины 80-х гг., когда в обществе наступает период переосмысления исторического пути и разрушения идеологических стереотипов и давящих идей, хлынул поток новых гуманистических приобретений, открытий, возврата к жизни многих творений человечества, а с ними и поток новых надежд и иллюзий. Вместе с этими переменами к нам вернулся Н.М. Карамзин со своей бессмертной "Историей…". В чем же причина этого общественно-культурного феномена, проявлением которого стала многократная публикация отрывков из "Истории…", ее факсимильное воспроизведение, чтение ее отдельных частей по радио и т.д.? А.Н. Сахаров предположил, что "причина этого заключается в огромной силе духовного воздействия на людей подлинно научного и художественного таланта Карамзина". Автор данной работы полностью разделяет это мнение - ведь проходят годы, а талант остается молодым. "История государства Российского" раскрыла в Карамзине подлинную духовность, в основе которой лежит стремлении ответить на вечные вопросы, волнующие человека и человечество - вопросы бытия и цели жизни, закономерности развития стран и народов, соотношение личности, семьи и общества и т.д. Н.М. Карамзин был как раз одним из тех, кто затронул эти вопросы, и попытался в силу своих возможностей решить их на материале отечественной истории. То есть можно сказать, что это сочетание научности и публицистической популяризации в духе модных сейчас исторических произведений, удобных для восприятия читателя.

Важным принципом при написании "Истории…" является принцип следования правде истории, как он ее понимает, пусть и была она иногда горька. "История не роман, а мир не сад, где все должно быть приятно. Она изображает действительны мир" замечает Карамзин. Но он понимает ограниченные возможности историка в деле достижения исторической истины, так как в истории " как в деле человеческом, бывает примесь лжи, однако ж характер истины всегда более или менее сохраняется, и сего довольно для нас, чтобы составить себе общее представление о людях и деяниях". Следовательно, историк может творить из того материала, который у него есть и он не может произвести "золота из меди, но должен очистить и медь, должен знать всего цену и свойства; открывать великое, где оно таится, и не давать малому прав великого". Научная достоверность - лейтмотив, постоянно беспокойно звучащий на всем протяжении карамзинской "Истории…"

Еще одним важнейшим достижением "Истории…" является то, что здесь с ясностью раскрывается новая философия истории: только что начавший складываться историзм "Истории...". Историзм открывал принципы постоянного изменения, развития и совершенствования человеческого общества. Порождал понимание места каждого народа в истории человечества, своеобразие культуры каждой науки, особенности национального характера..

Со времени выхода в свет "Истории государства Российского" историческая наука далеко ушла вперед. Уже многим современникам Карамзина представлялась натянутой, недоказанной и даже вредной монархическая концепция труда историографа Российской империи, его стремление подчас с объективными данными подчинить з этой концепции рассказ о русском историческом процессе с древнейших времен до XVII в. И, тем не менее, интерес к этому труду сразу после выхода был огромен.

Издание "Истории государства Российского", причем в полном виде, помогает увидеть не только первоистоки важнейших явлений в истории русской науки, литературы, языка, но и облегчает изучение исторической психологии, истории общественного сознания. Поэтому труд Н.М. Карамзина на долгое время стал образцом подходов к исследованию основных сюжетов Российской истории.

А. Венецианов "Портрет Н.М. Карамзина"

«Искал я к истине пути,
Хотел узнать всему причину…» (Н.М. Карамзин)

«История государства российского» была последним и незаконченным трудом выдающего русского историка Н.М. Карамзина: всего было написано 12 томов исследования, российская история изложена до 1612 г.

Интерес к истории появился у Карамзина ещё в молодости, но до его призвания как историка был длинный путь.

Из биографии Н.М. Карамзина

Николай Михайлович Карамзин родился в 1766 г. в родовом поместье Знаменское Симбирского уезда Казанской губернии в семье отставного капитана, среднепоместного симбирского дворянина. Получил домашнее образование. Учился в Московском университете. Короткое время служил в преображенском гвардейском полку Петербурга, именно к этому времени относятся его первые литературные опыты.

После выхода в отставку некоторое время жил в Симбирске, а затем переехал в Москву.

В 1789 г. Карамзин уезжает в Европу, где в Кенигсберге посещает И. Канта, а в Париже становится свидетелем Великой французской революции. Возвратившись в Россию, он публикует «Письма русского путешественника», которые делают его известным писателем.

Писатель

«Влияние Карамзина на литературу можно сравнить с влиянием Екатерины на общество: он сделал литературу гуманною» (А.И. Герцен)

Творчество Н.М. Карамзина развивалось в русле сентиментализма.

В. Тропинин "Портрет Н.М. Карамзина"

Литературное направление сентиментализм (от фр. sentiment – чувство) было популярно в Европе с 20-х по 80-е годы XVIII в., а в России – с конца XVIII до начала XIX в. Идеологом сентиментализма считается Ж.-Ж. Русо.

В Россию европейский сентиментализм проник в 1780-х–начале 1790-х гг. благодаря переводам «Вертера» Гете, романов С. Ричардсона и Ж.-Ж. Руссо, которые были очень популярны в России:

Ей рано нравились романы;

Они ей заменяли всё.

Она влюблялася в обманы

И Ричардсона и Руссо.

Пушкин говорит здесь о своей героине Татьяне, но сентиментальными романами зачитывались все девушки того времени.

Главная особенность сентиментализма состоит в том, что внимание в них в первую очередь уделяется душевному миру человека, на первом месте стоят чувства, а не разум и великие идеи. Герои произведений сентиментализма обладают врожденной нравственной чистотой, неиспорченностью, они живут на лоне природы, любят её и слиты с ней.

Такой героиней является Лиза из повести Карамзина «Бедная Лиза» (1792). Эта повесть имела огромный успех у читателей, за ней последовали многочисленные подражания, но главное значение сентиментализма и в частности повести Карамзина было в том, что в таких произведениях раскрывался внутренний мир простого человека, который вызывал в других умение сопереживать.

В поэзии Карамзин также был новатором: прежняя поэзия, представленная одами Ломоносова и Державина, говорила на языке разума, а стихи Карамзина заговорили языком сердца.

Н.М. Карамзин – реформатор русского языка

Он обогатил русский язык многими словами: «впечатление», «влюблённость», «влияние», «занимательный», «трогательный». Ввёл в обиход слова «эпоха», «сосредоточить», «сцена», «моральный», «эстетический», «гармония», «будущность», «катастрофа», «благотворительность», «вольнодумство», «достопримечательность», «ответственность», «подозрительность», «промышленность», «утончённость», «первоклассный», «человечный».

Его языковые реформы вызвали бурную полемику: члены общества «Беседа любителей русского слова», во главе которого стояли Г. Р. Державин и А. С. Шишков, придерживались консервативных взглядов, выступали против реформы русского языка. В ответ на их деятельность в 1815 г. образовалось литературное общество «Арзамас» (в него входили Батюшков, Вяземский, Жуковский, Пушкин), которое иронизировало над авторами «Беседы» и пародировало их произведения. Была одержана литературная победа «Арзамаса» над «Беседой», которая упрочила и победу языковых изменений Карамзина.

Карамзиным также была введена в алфавит буква Ё. До этого слова «ёлка», «ёж» писались так: «іолка», «іож».

Карамзин ввёл в русскую письменность также тире, один из знаков препинания.

Историк

В 1802 г. Н.М. Карамзин написал историческую повесть «Марфа-посадница, или Покорение Новагорода», а в 1803 г. Александр I назначил его на должность историографа, таким образом, всю оставшуюся жизнь Карамзин посвятил написанию «Истории государства российского», фактически закончив с художественной литературой.

Исследуя рукописи XVI в., Карамзин открыл и опубликовал в 1821 г. «Хождение за три моря» Афанасия Никитина. В связи с этим он писал: «… в то время как Васко да Гамма единственно мыслил о возможности найти путь от Африки к Индостану, наш тверитянин уже купечествовал на берегу Малабара» (историческая область в Южной Индии). Кроме этого, Карамзин был инициатором установки памятника К. М. Минину и Д. М. Пожарскому на Красной площади и выступал с инициативой воздвижения памятников выдающимся деятелям отечественной истории.

«История государства российского»

Исторический труд Н.М. Карамзина

Это многотомное сочинение Н. М. Карамзина, описывающее российскую историю с древнейших времён до правления Ивана IV Грозного и Смутного времени. Труд Карамзина не был первым в описании истории России, до него уже были исторические труды В. Н. Татищева и М. М. Щербатова.

Но «История» Карамзина имела, кроме исторических, высокие литературные достоинства, в том числе и благодаря лёгкости письма, она привлекла к русской истории не только специалистов, но и просто образованных людей, что очень способствовало становлению национального самосознания, интереса к прошлому. А.С. Пушкин писал, что «все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка – Колумбом».

Считается, что в этом труде Карамзин всё-таки больше проявил себя не как историк, а как писатель:«История» написана красивым литературным языком (кстати, в ней Карамзин не употреблял букву Ё), но историческая ценность его труда безусловна, т.к. автор пользовался рукописями, которые были впервые опубликованы именно им и многие из которых до настоящего времени не сохранились.

Работая над «Историей» до конца жизни, Карамзин не успел её закончить. Текст рукописи обрывается на главе «Междоцарствие 1611-1612».

Работа Н.М. Карамзина над «Историей государства Российского»

В 1804 г. Карамзин удалился в усадьбу Остафьево, где полностью посвятил себя написанию «Истории».

Усадьба Остафьево

Остафьево – подмосковная усадьба князя П. А. Вяземского. Её построил в 1800-07 гг. отец поэта, князь А. И. Вяземский. Поместье оставалось во владении Вяземских до 1898 г., после чего перешло во владение графов Шереметевых.

В 1804 г. А. И. Вяземский пригласил поселиться в Остафьеве своего зятя, Н.М. Карамзина, который работал здесь над «Историей государства Российского». В апреле 1807 г. после смерти отца владельцем усадьбы стал Петр Андреевич Вяземский, при котором Остафьево стало одним из символов культурной жизни России: здесь много раз бывали Пушкин, Жуковский, Батюшков, Денис Давыдов, Грибоедов, Гоголь, Адам Мицкевич.

Содержание «Истории государства российского» Карамзина

Н. М. Карамзин "История государства российского"

В ходе работы Карамзин нашёл Ипатьевскую летопись, именно отсюда черпал историк многие детали и подробности, но не загромождал ими текст повествования, а вынес их в отдельный том примечаний, которые имеют особое историческое значение.

В своём произведении Карамзин описывает народы, населявшие территорию современной России, истоки славян, их конфликт с варягами, рассказывает о происхождении первых князей Руси, их правлении, подробно описывает все важные события российской истории до 1612 г.

Значение труда Н.М. Карамзина

Уже первые публикации «Истории» потрясли современников. Её читали взахлёб, открывая для себя прошлое своей страны. Многие сюжеты писатели использовали в дальнейшем для художественных произведений. Например, Пушкин взял из «Истории» материал для своей трагедии «Борис Годунов», которую посвятил Карамзину.

Но, как всегда, были и критики. В основном современные Карамзину либералы возражали против этатистской картины мира, выраженной в труде историка, и его веры в действенность самодержавия.

Этатизм – это мировоззрение и идеология, абсолютизирующие роль государства в обществе и пропагандирующая максимальное подчинение интересов личностей и групп интересам государства; политика активного вмешательства государства во все сферы общественной и частной жизни.

Этатизм рассматривает государство как самый высший институт, стоящий над всеми остальными институтами, хотя своей целью он ставит создание реальных возможностей для всестороннего развития личности и государства.

Либералы упрекали Карамзина в том, что он в своём труде следил только за развитием верховной власти, которая постепенно приняла формы современного ему самодержавия, но пренебрёг историей самого русского народа.

Существует даже эпиграмма, приписываемая Пушкину:

В его «Истории» изящность, простота
Доказывают нам без всякого пристрастья
Необходимость самовластья
И прелести кнута.

Действительно, к концу жизни Карамзин являлся убеждённым сторонником абсолютной монархии. Он не разделял точки зрения большинства мыслящих людей на крепостное право, не был ярым сторонником его отмены.

Он скончался в 1826 г. в Петербурге и похоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры.

Памятник Н.М. Карамзину в Остафьево

Н.М. Карамзин – известный русский историк и писатель. Он начал новую эпоху русской исторической литературы. Карамзин первым заменил мертвый язык книги живым языком общения.

Николай Михайлович Карамзин родился 1 декабря 1766 года. После несостоявшейся военной карьеры он занялся литературной деятельностью. Его мысль рождалась в напряженном и трудном общении опыта бурных событий европейской и русской жизни. Это являлось своеобразным университетом, определившим весь его дальнейший путь. Впечатления сформировали его личность и разбудили мысль Карамзина, обусловили его желание понять происходившее не только в отечестве, но и в мире.

Среди литературного и исторического наследия Карамзина огромное место занимает «История государства Российского». В ней, как отмечали его современники, «Русь прочла историю своего отечества и в первый раз получила о ней понятие». Работа над «Историей» длилась более двух десятилетий (1804 – 1826). «История государства российского» построена на огромном фактическом материале, собиравшимся писателем в течение многих лет. Среди первоисточников огромное значение имеют летописи. В тексте его «Истории» использованы не только ценные сведения и факты летописей, но и включены обширные цитаты или пересказы повестей, преданий, легенд. Для Карамзина летопись ценна прежде всего тем, что она открывала отношение к фактам, событиям и легендам современника их – летописца».

«История государства российского» позволила раскрыть процесс формирования национального характера, судьбы Русской земли, борьбы за единство. Карамзин при рассмотрении этих вопросов уделял большое внимание роли национального фактора, патриотизму и гражданственности, а также социальному фактору и его влиянию на национальное самосознание. Карамзин пишет: «Мужество есть великое свойство души, народ им отмеченный, должен гордиться собою».

Карамзин проследил влияние на национальную жизнь политических режимов прошлого, как они складывались в формы княжеского и царского государственного правления, он, как историк верит в опыт истории, утверждает, что опыт истории есть истинный поводырь человечества. Анализируя события истории, Карамзин пишет: «Мы излишне смиренны в мыслях о народном своем достоинстве – а смирение в политике вредно, кто самого себя не уважает, того без сомнения и другие уважать не будут». Чем сильнее любовь к Отечеству, тем яснее путь гражданина к собственному счастью. Поэтому Карамзин пишет: «Таланту Русскому все ближе прославлять русское».

События Французской революции и последующей реакции на нее послужили связью между периодом, когда началось формирование историзма в эпоху Просвещения, и его последующем развитии. Энгельс указывал, что именно в первое десятилетие XIXвека шел бурный процесс выработки новой философии истории. История человечества уже перестала казаться диким хаосом бессмысленных насилий она, напротив, предстала, как процесс развития самого человечества, и задача мышления свелась теперь к тому, чтобы проследить последовательные ступени этого процесса, среди всех его блужданий и доказать внутреннюю закономерность среди всех кажущихся случайностей. «История государства российского» – частный пример процесса философского осмысления исторического прошлого на материале истории России.

К «Истории государства российского» современники Карамзина относились по-разному. Так, Ключевский писал: «Взгляд Карамзина на историю строился не на исторической закономерности, а на нравственно-психологической эстетике. Его занимало не общество с его строением и складом, а человек, с его личными качествами и случайностями личной жизни».

И.И. Павленко в своей работе «Историческая наука в прошлом и настоящем» писал: «Структура «Истории государства российского» отражает безраздельное господство описательной истории со слабыми попытками осмыслить суть явлений, уловить их тесную взаимосвязь. Автор регистрирует явления, и сам пытается их объяснить с позиций нравственно-психологических, влиявших не столько на мысли читателя, сколько на его чувства».

Но несмотря на все недостатки, значение работы очень велико. Без Карамзина русские не знали бы истории своего отечества, ибо не имели возможности смотреть на нее критически. Карамзин хотел сделать из истории России не похвальное слово русскому народу, как Ломоносов, а героическую эпопею русской доблести и славы, он помог русским людям лучше понимать свое прошлое, но еще больше он заставил любить его. В этом главная заслуга его трудов перед русским обществом и главный недостаток его перед исторической наукой – отмечали историки-писатели.

Карамзин был не только историком, в последние 5 лет XVIIIстолетия Карамзин выступал как прозаик и поэт, как критик и переводчик, как организатор новых литературных изданий, объединяющих молодых поэтов, оказывал огромное внимание не только на русскую литературы, но и на русское общество.

Сохраняя свои идейные позиции, историк не остался глух к общественным событиям, предшествовавшим восстанию декабристов, и изменил акценты в последних томах «Истории» – в центре внимания оказались самодержцы, ставшие на путь деспотизма.

Карамзин, как патриот, ученый очень любил Россию, и старался сделать как можно больше для ее процветания. Карамзин писал исторически обусловленные советы, исходя из посылок разума, и опираясь на опыт истории.

В заключении можно привести слова Белинского: «Главная заслуга Карамзина, как историка России, состоит совсем не в том, что он написал истинную историю России, а в том, что он создал возможность в будущем истинной истории России».

Как «великие» «русские» «историки» Миллер, Шлёцер, Байер и Кун уничтожали исторические документы и мистифицировали русскую историю. Создание «русской» академиии с 28 членами не менее, чем Миллер «русскими» и не менее, чем Байер «историками», в течение ста лет продолжавшие мистифицировать и уничтожать исторические документы, свидетельствовавшие о великом прошлом России.

Сегодня основоположниками русской истории являются великие «русские» «историки»: Готлиб Байер (1694-1738), Герард Фридрих Миллер (1705-1783), Август Шлёцер (1735-1809), Арист Куник (1814-1899), которые осчастливили нас норманнской “теорией” происхождения руссов. Сюда ещё относят В.Н. Татищева, хотя написанная им “История Российская с самых древнейших времён” на самом деле исчезла, и мы сегодня имеем под этим заголовком татищевские “черновики”, изданные Миллером.

Нельзя доверять и такому источнику русской истории, как труды М.В. Ломоносова. Как только он занялся древней историей России, то неожиданно скоропостижно скончался на 54-омгоду жизни, будучи совершенно здоровым человеком. А изданный Миллером после его смерти под его именем труд по истории был исправлен в нужном направлении, где уже не было расхождений между Ломоносовым и Миллером. Ломоносов был первым критиком норманнской “теории”, которую пытался навязать нам Миллер и Ко, хотя в изданной Миллером трудов Ломоносова, не слова не сказано о критике этой теории.

Норманнской теории до сих пор придерживаются западные учёные, хотя уже в 1917 году в России она была признана антинаучной. Но если вспомнить, что за критику Миллера М.В. Ломоносов был приговорён к смертной казни через повешивание и год отсидел в тюрьме в ожидании приговора, пока не пришло царское помилование, то понятно, что в фальсификации русской истории были заинтересованы руководство Российского государства. Российскую историю писали немцы, вернее католики, специально для этой цели выписанные императором Петром I из Германии. И уже во времена Елизаветы, самым главным «летописцем» стал Миллер, прославившийся ещё и тем, что прикрываясь императорской грамотой, ездил по русским монастырям и уничтожал все сохранившиеся древние исторические документы.

Начиная с 1725 года, когда была создана Российская академия и до 1841 года, фундамент русской истории переделывали прибывшие с Европы плохо говорящие по-русски, но быстро становившимися знатоками русской истории следующие «благодетели» русского народа, заполонившие историческое отделение Российской Академии:

Коль Петер (1725), Фишер Иоганн Эбергард (1732),Крамер Адольф Бернгард (1732), Лоттер Иоганн Георг (1733), Леруа Пьер-Луи (1735), Мерлинг Георг (1736), Брем Иоганн Фридрих (1737), Таубер Иоганн Гаспар (1738), Крузиус Христиан Готфрид (1740), Модерах Карл Фридрих (1749), Стриттер Иоган Готгильф (1779), Гакман Иоганн Фридрих (1782), Буссе Иоганн Генрих (1795), Вовилье Жан-Франсуа (1798), Клапрот Генрих Юлиус (1804), Герман Карл Готлоб Мельхиор (1805), Круг Иоганн Филипп (1805), Лерберг Август Христиан(1807), Келер Генрих Карл Эрнст (1817), Френ Христиан Мартин (1818), Грефе Христиан Фридрих (1820), Шмидт Иссак Якоб (1829), Шенгрен Иоганн Андреас (1829), Шармуа Франс-Бернар(1832), Флейшер Генрих Леберехт (1835), Ленц Роберт Христианович (1835), Броссе Мари-Фелисите (1837), Дорн Иоганн Альбрехт Бернгард(1839).В скобках указан год вступления названного иностранца в Российскую Академию.

Как видите за сто десять лет существования «Руссой академии» из 28-ми её членов, «создателей» русской истории ни одной русской фамилии и только с 1841 года из 42 действительных членов Российской академии 37 уже русские. Но что толку. Историю России уже переписали, да и история всего Человечества была придумана вышеперечисленными «специалистами-историками». Они были не только специалистами по фальсификации историй, они были также специалистами, по фабрикации и подделке летописей.

Поэтому всё, что написали Байер, Миллер, Шлёцер, натворившие делов ещё до создания «русской» академии, не соответствует никакой действительности. Эти же специалисты создали немецкую историю, историю Рима и Греции, увязав их, а вернее сделав независимыми от истории Российской Державы. Поэтому, сегодняшние историки удивляются, как мог Н.А. Морозов не поверить в историю Египта, Рима, Греции, Китая, ведь есть же летописи. Но в том то и дело, что большинство древних летописей написаны в XVIII-XIX веках в Питербурге, а все древние летописи России подделаны этими же историками и “летописцами”, проникших во все конфессии, где только требовались летописцы.

То, что существует единый центр подделки летописей и переделки истории, убеждает нас такой, например факт, как постоянная редакции священной книги землян – Библии, которая, тем не менее, оказывается одинаково переделана, как у католиков, так и у протестантов, как у православных, так и у старообрядцев.

Например, книги Макавея, существовавшие ещё в XIX веке, одновременно исчезли из католического и православного изданий. Это без всяких Вселенских соборов и вердиктов митрополита или папы. Захотели, взяли и вычеркнули и даже не посмотрели на то, что в Священных писаниях нельзя ничего вычёркивать и вообще нельзя переделывать ни одно слово. Но если подделывается и переделывается священное писание, то историю сам бог велел переделать. Причём, это делается не взирая на мнение и знания народа. Например, сегодня мы из школьного учебника новейшей истории внедрённого нам Соросом узнаём, что во Второй мировой войне победили американцы, а Россия и её народы вообще не причём.

Немецкий историк Миллер – автор “шедевра” русской истории нам рассказывает, что Иван IV был из рода Рюриковичей. Сделав такую незамысловатую операцию, Миллерубыло уже нетрудно оборвавшийся род Рюриковичей с их несуществующей историей приживить к истории России. Вернее зачеркнуть историю Российского царства и заменить её историей Киевского княжества, чтобы потом сделать заявление, что Киев – мать русских городов (хотя Киев по законам русского языка должен был быть отцом, ну да простим ему плохое знание русского языка). А ведь эта фраза даёт возможность сегодня нашим недругам стравливать людей между собой.

Рюрики никогда не были царями в России, потому что такого царского рода никогда не существовало. Был безродный завоеватель Рюрик, который пытался воссесть на русский престол, но был убит Святополком Ярополковичем. Точно также и Киев никогда не был и не мог быть столицей России. В русском языке сохранилась пословица: «Язык до Киева доведёт» из которой ясно, что Киев здесь не возвеличивается, а возвеличивается язык. Если бы хотели возвеличить этот город, то сказали бы, например, что все дороги ведут в Киев или что-то в этом духе. А чтобы возвеличить язык, нужно было в этой пословице назвать город из такой глухомани, из такой Тьму Таракани, что каждый произносящий эту пословицу, понимал важность языка, благодаря которому можно добраться даже до такой дыры, как Киев.

Забегая вперёд мы можем также сказать, что Украина никогда не была самостоятельной территорией и всегда входила в состав России и не была никакого воссоединения России с Украиной, которое произошло лишь в воспалённом мозгу Миллера. Периодически Украину, как и другие территории России, захватывали крестоносцы и прочие завоеватели, а её освобождение русскими войсками даже с трудом можно назвать воссоединением, потому что слово “освобождение” не равно русскому слову “воссоединению” и только для плохо понимающих русский язык, эти два слова тождественны.

В России была всего одна царская династия: Великих Маголов (маг + ол = великие служители). Они правили в Византии, Турции, Иране, Индии, Китае и естественно в России.

Подделка русской истории бросается в глаза сразу же при чтении «русских» «летописей». Поражает обилие имён князей, правивших в разных местах России, которые нам выдаются за центры России. Если, например, какой-нибудь князь Чернигова или Новгорода, оказывался на русском престоле, то должна была быть какая-то преемственность в династии. А этого нет, т.е. мы имеем дело или с мистификацией, или с завоевателем, воцарившемся на русском престоле. Поскольку те, кто переписывает историю, как правило, лишён души (поскольку человек с душой просто не сможет пойти на такое), то творить и созидать такой человек не может по определению. Всё на что он способен, это перетасовать династическую колоду и добавить новых персонажей. Поэтому мы достаточно легко восстановили династию русских царей, называемых Великими Моголами.

То, что русских царей называли ещё пресвитерами, говорит о том, что духовная и светская власть до Ивана Грозного были ещё не разделены и царский престол и церковная власть были в одних руках. Царский двор и правительство находились в Царьграде (позднее Царицин, потом Сталинград, а ныне Волгоград), который был столицей Мира.

Название России, которое якобы появилось только в XVI веке при Иване Грозном, а до этого, она по утверждению г-на Миллера называлась Русь, на самом деле не соответствует никакой действительности. Потому что так называли лишь части России, была: Белая Русь, Киевская Русь, Чёрная Русь (Черногория), Пегая Русь (Китай), Эт Русь (этрусски), Бор Русь (Боруссия – до сих пор сохранившаяся область в Германии), Пер Русь (современная Пруссия) и т.д.Как легко обмануть оказывается наших историков, которые даже из этого примера не могут увидеть, что Русь – это лишь часть России, но никак не вся Россия.

Слово Русь происходит от имени Руса – первого Спаса (которых сейчас называют Христами), давшего людям русский язык. Настоящее его имя, было Прометей. А Русом он назван потому, что асуры после титаномахии (т.е. войны с великанами) были настроены резко против людей. Прометей, будучи титаном (асуром) дал нам якобы огонь, но фар, откуда фаренгит, т.е. огонь язык. Другими словами Прометей прославил себя среди Человечества тем, что дал нам божественный язык асуров, который получил название русский. Прометей был для нас не просто асур, а он был рус (обратное прочтение асур), т.е. асур, который за людей. В русском языке часто смена направления чтения вела к противоположному смыслу, например: «даж» – дающий, а «жад» – жмот, т.е. «не дающий», или «бог» – тот, которому отдают, а «гоб», откуда гобино – то, что получают взамен (древнерусское название судьбы). До Прометея у жрецов в ходу был Дэванагари, а после его подарка жрецы перешли на асурский, т.е. русский язык.

Как считают некоторые новохронологи, слово «Русь» синоним слова «орда», но с этим нельзя согласится. Мы сейчас видим, что социальная структура страны делится на три уровня: район, область, республика и это не произвол большевиков или правительств, а законы синергетики, тройным уровнем легче управлять. А в древности уровни деления страны назывались иначе: орда (республика), русь или более правильно урус, которое впоследствии было переделано на «улус», означавшее княжество, как в России, так и в Византии (то же что губерния или область), и королевство. В моём исследовании “Волхвы” показано, что князь (тот, кто прошёл кон) был по уровню выше короля (так как король находился в 1-м коне), а царь был на десять порядков выше князя. И каждый, согласно своего уровня достижения, допускался на соответствующее место в управлении обществом, т.е. «по Сеньке была и шапка».

Рюрики, Гельмарики, Эльмарики – это всё королевские родовые имена, которых было предостаточно в Европе, разбитой на множество королевств (уездов), объединённых потом в небольшие княжества (урусы или руси, т.е. области) типа: Голландия, Германия, Дания и пр. Поэтому попытка поставить тождество между Русью и Россией не соответствует никакой реальной истории. Россияникогда не была княжеством, т.е. урусом или как сейчас говорят Русью. Она всегда была огромной страной, состоящей из орд, урусов и королевств (уездов), которые соответственно возглавляли: пан, князь, король, во главе же всей страны стоял царь (таблица 1.). Миллеру не представило особого труда заменить панов на ханов, чтобы ещё больше запутать историю.

Территориальное деление

Характеристика территории

Королевство (уезд)

Один город с окрестностями

Урус (Русь, район)

Несколько уездов (городов, королевств)

Орда (область, край)

Несколько княжеств

Страна (Держава)

Объединяла все орды

Таблица. Территориальное деление древней России и административные представители

Сегодня нам упорно внушают, что во всех социальных неудачах виноваты масоны и их союзники иудеи. Можно сколько угодно писать о том, какие плохие эти дяди и тёти, но совершенно нельзя писать об истинных причинах и истинных виновниках нашего сегодняшнего положения. Потому что и масоны и иудеи – это лишь жупел, и если хотите ветряные мельницы, с которыми безуспешно боролся, если вы помните, известный персонаж Сервантеса – Дон Кихот. В XIX веке в качестве такого жупела были цыгане, а ещё веком пораньше народность леля, которую к сегодняшнему дню почти всю истребили.

Более того, все наши так называемые враги, это всего лишь на всего то сословие, которое подготавливается в качестве козла отпущения, для выпускания общественного пара негодования, который копится вот уже столько времени. Мы без предисловий можем сказать, что во всём происходящем бардаке виноваты даже не католики, которые совершили в России октябрьскую революцию и в течение 30 лет стояли у руля НКВДэшной инквизиции, организуя пытки, расстрелы, истязания, отсидки, через которые прошло практически всё население страны, за исключением только тех, кто сотрудничал с инквизицией или работал в ней. Во всём виноваты те, кто стоит над инквизицией. А это уже не люди.

Реформы Екатерины II и Петра I, коснувшиеся православной веры – это полностью католические преобразования. Реформация православия Иваном Грозным и его братом Иваном Подковой – это протестантские преобразования, который, как известно, по своему содержанию уже практически ничем не отличается от атеизма.

Наша изуродованная и извращённая история России, даже через толщу многократных миллеровских мистификаций, кричит о засилье иноземцев. И хотя она тщательно вычищена о сути происходящих реформ, тем не менее, мы восстановили в предыдущих исследованиях содержательную часть древле-православной веры, испокон веков исповедуемую у нас на Земле. Поэтому мы сегодня можем говорить, какие же всё-таки делались преобразования с православной верой, в чём и кого она не устраивала, и почему её надо было преобразовывать.

Из книги Владимира Шемшука - Русь Борейская. Украденная история России.

Электронный вариант текста можно скачать на сайте.

31 октября 1803 г. 37-летний Карамзин Высочайшим указом получает должность историографа с пенсией (3 тыс. рублей), рав­ной профессорскому жалованью. Перед ним открываются все архивохранилища и библиотеки, он удаля­ется в Остафьево, имение отца своей новой жены Екатерины Андреевны Вяземской. В скромно обставленном кабинете на втором этаже барского дома он начинает свой подвиг учено­го-историка: «Пишет тихо, не вдруг и работает прилежно».

В советской историографии Карамзин характеризовался как идеолог «дворянско-аристократических кругов», крепост­ник и монархист. Ключ к пониманию личности ученого, как впрочем и любой другой, - в природной, генетической нату­ре, в обстоятельствах его жизни, в том, как формировался его характер, в семейных и общественных отношениях. «Благо­родную дворянскую гордость», любовь к Отечеству историка питали просвещенный отец, круг думающих и образованных друзей дома, трогательная и скромная российская природа. Но кроме этого из детства Карамзин вынес и впечатления об ужасной «пугачевщине», а в годы своего путешествия за гра­ницу увидел гибельность насилия, народную стихию, авантю­ризм вождей Французской революции. «Ужасы французской революции навсегда излечили Европу от мечтаний граждан­ской вольности и равенства»; «Народ в кипении страстей мо­жет быть скорее палачом, нежели судиею».

В своем труде исследователь не только поставил проблему художественного воплощения истории, повременного лите­ратурного описания событий, но их «свойство и связь». Его принципы: 1) любовь к Отечеству как части человечества; 2) следование правде истории: «История - не роман и не сад, где все должно быть приятно, - она изображает действительный мир»; 3) современный взгляд на события прошлого: «что есть или было, а не что быть могло»; 4) комплексный подход к истории, т.е. создание истории общества в целом: «успехи разума, искусства, обычаи, законы, промышленность и т.д.». Движущая сила исторического процесса - это власть, госу­дарство. Весь русский исторический процесс является борьбой самодержавия с народоправством, олигархией, аристократами и уделами. Единовластие представляет собой стержень, на ко­торый нанизывается вся общественная жизнь России. Разру­шение единовластия всегда приводит к гибели, возрождение - к спасению. Самодержавие олицетворяет собой порядок, бе­зопасность и благоденствие. На примерах коварства Юрия Долгорукого, жестокости Ивана III и Ивана Грозного, зло­действ Бориса Годунова и Василия Шуйского Карамзин показывает, каким не должен быть монарх. Противоречиво оценивает ученый и Петра I: «Мы стали гражданами мира, но перестали быть в некоторых случаях гражданами России». В то же время не случайно его «История...» называется рос­сийской, а не русской. Относительно простого народа исто­рик все же не выступал за «прелести кнута», а видел его пол­ноправным гражданином наряду с дворянами и купцами при одном условии: «народ должен работать». В его истории нет идеи избранности русского народа и национального нигилиз­ма. Он сумел удержаться на объективном уровне подхода ко всем народам России и Европы.


Незадолго до своей смерти, на собрании Академии наук Николай Михайлович сказал: «Мы желали бы из самого гро­ба действовать на людей, подобно невидимым добрым гени­ям, и по смерти своей еще иметь друзей на земле». Этой чести Карамзин удостоился в полной мере.

Работа над «Историей государства Российского» шла очень интенсивно и в отношении подбора источников, и в части пи­сания самого текста. Уже к 1811 г. было написано около 8 то­мов, но события 1812-1813 гг. временно оборвали работу. Лишь в 1816 г. он смог поехать в Петербург, имея уже 9 томов, и приступил к изданию первых 8 томов как законченной цель­ной части своей «Истории...».

«История в некотором смысле есть священная книга наро­дов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровения и правил; завет предков к потомству... - так начинает Карамзин свою «Историю...». - Правители, зако­нодатели действуют по указаниям истории... Должно знать, как искони мятежные страсти волновали гражданское общество и какими способами благотворная власть ума обуздывала их бур­ное стремление... Но и простой гражданин должен читать исто­рию. Она мирит его с несовершенством видимого порядка ве­щей... утешает в государственных бедствиях... она питает нравственное чувство и праведным судом своим располагает душу к справедливости, которая утверждает наше благо и со­гласие общества. Вот польза: сколько же удовольствий для сер­дца и разума».

Итак, на первом месте поставлена политико-назидатель­ная задача; история для Карамзина служит нравоучению, по­литическому наставлению, а не научному познанию. Это - утверждение сильной монархической власти и борьба с рево­люционным движением.

Живописность, искусство - таков второй элемент, харак­теризующий исторические взгляды Карамзина. История Рос­сии богата героическими яркими образами, она - благодатный материал для художника. Показать ее в красочном, живопис­ном стиле - основная задача историка. Исторический процесс Карамзин понимал через прагматизм Юма, ставившего во гла­ву угла историческую личность как двигатель исторического развития, выводившего это развитие из воззрений отдельно­го человека и его действий. Все основные элементы в понима­нии истории взяты Карамзиным из XVIII столетия и отража­ют предшествующий этап в развитии истории. Но историчес­кая наука прошла уже значительный путь, и, конечно, нельзя было вовсе обойти две основные проблемы исторической на­уки, к разрешению которых через наследие прошлого настой­чиво пробивалась историческая мысль, - проблему источника и проблему исторического синтеза. Но здесь наступало про­тиворечие между требованием научной документации и лите­ратурно-художественным направлением. Карамзин нашел это­му противоречию своеобразное разрешение, разделив свою ис­торию на две самостоятельные части. Основной текст - литературное повествование - сопровождался в приложени­ях самостоятельным текстом документальных примечаний.

Источники «Истории государства Российского»

С именем Карамзина и его «Историей...» связаны публикация, введение в научный оборот значительного числа исторических па­мятников. Следуя духу времени, ученый ис­пользует свои личные связи, сносится с московским и другими архивами, обращается к крупным библиотечным фондам, прежде всего в Синодальную библиотеку, прибегает и к частным хра­нилищам, например к фондам Мусина-Пушкина, и выписыва­ет, точнее, извлекает оттуда те новые документы, о которых впервые читатель узнавал от Карамзина. Среди этих докумен­тов и новые летописные списки, например Ипатьевский свод (по терминологии Карамзина - Киевская и Волынская лето­писи), впервые использованный Карамзиным; многочисленные юридические памятники - «Кормчая книга» и церковные ус­тавы, Новгородская Судная грамота, Судебник Ивана III (Татищев и Миллер знали только Судебник 1550 г.) «Стоглав»; используются литературные памятники - на первом месте «Слово о полку Игореве», «Вопросы Кирика» и др. Расширяя вслед за М.М. Щербатовым использование записок иностран­цев, Карамзин и в этой области привлек впервые много новых текстов, начиная с Плано Карпини, Рубрука, Барбаро, Контарини, Герберштейна и кончая записками иностранцев о Смут­ном времени. Результатом этой работы и явились те обширные примечания, которыми Карамзин снабдил свою «Историю...». Они особенно обширны в первых томах, где по объему превы­шают сам текст «Истории...». 1-й том содержит 172 страницы, а примечания к нему - 125 страниц петита, во 2-м томе на 189 страниц текста приходится 160 страниц примечаний, так­же петитом, и т.д.

Эти примечания составляют главным образом выдержки из источников, изображающих те события, о которых расска­зывает Карамзин в своей «Истории...». Обычно даются парал­лельные тексты из нескольких источников, главным образом - разные списки летописей. Это огромное количество докумен­тального материала сохранило свою свежесть в ряде случаев до конца XIX в., тем более что некоторые списки и памятни­ки, которыми пользовался Карамзин, погибли во время мос­ковского пожара 1812 г. или от других стихийных бедствий. К примечаниям Карамзина долго продолжали обращаться ис­торики, уже перестав читать его «Историю...»; ценность этих примечаний совершенно бесспорна.

Надо оговорить, что в самой работе по розыску и обработке документов значительную роль сыграли выдающиеся деятели русской археографии начала XIX в. Им и принадлежит значи­тельная доля указанной заслуги «Истории...» Карамзина. Из переписки Карамзина с К.Ф. Калайдовичем, директором Московского архива Коллегии иностранных дел А.Ф. Ма­линовским, с П.М. Строевым видно, что новооткрытые памятники, использованные в карамзинской «Истории...», в значи­тельной части - их находки. Они не только высылают ему дела, представляющие ценность и важность для этого перио­да, но и сами, по его поручению, делают подбор документов, выборку и систематизацию чернового подготовительного ма­териала к заданной теме или вопросу.

Но Карамзин не ограничивается в своих примечаниях од­ним формальным воспроизведением источника. Примечания Карамзина свидетельствуют о том, что его длительная и углуб­ленная работа над документальным материалом, его обшир­ные исторические познания поставили его в известной мере в уровень с требованиями критического метода, принесенного Шлецером в русскую историческую науку. Историк летописа­ния М.Д. Приселков отметил тонкое критическое чутье Карам­зина в отборе использованных им текстов Ипатьевской, Лаврентьевской и Троицкой летописей. Его примечания о составе «Русской Правды», о церковных уставах Владимира и Всево­лода, частое сопоставление разных исторических источников для разрешения отдельных научных контроверз сообщают при­мечаниям Карамзина не только археографическое, но и исто­рическое значение. Не случайно к мнению Карамзина прислу­шивались в спорных вопросах специалисты-археографы. И все же в общей системе исторических взглядов Карамзина, в об­щем построении его «Истории...» весь этот источниковедчес­кий, критический аппарат сохраняет чисто формальный, от­сылочный характер.

Исследователь в примечаниях дает выписки из источников, изображающих те события, которые он описывает в своей ис­тории. Но при этом тот самый критический материал, который содержится в примечаниях, остается неотраженным в самой «Истории...», оказывается как бы за рамками повествования. В плане последнего Карамзину важны не критика источников и раскрытие внутреннего содержания явлений. Он берет из источника только факт, явление само по себе. Этот разрыв меж­ду примечаниями и текстом переходит иногда и в прямое про­тиворечие, так как эти две части работы Карамзина подчинены двум разным принципам, или требованиям. Так, в самом нача­ле своей «Истории...», обойдя этногенетические вопросы в крат­ком очерке, как это сделал уже М.М. Щербатов, он подошел к объяснению имени славян: «...под сим именем, достойным лю­дей воинственных и храбрых, ибо его можно производить от славы» - таково положение Карамзина. А в примечании 42-м к этому тексту дается научная контроверза и фактическое оп­ровержение этого толкования. Но, опровергнутое критикой, оно утверждается повествованием, как согласное с художе­ственным образом создаваемым писателем. Так же дан и вопрос о призвании варягов. Если в примечании намечена кри­тика легенды о Гостомысле, то художественные задачи пове­ствования вводят его в текст, как «достойного бессмертия и славы в нашей истории». Критика текста вообще не перехо­дит у Карамзина в критику легенды; легенда, напротив, - са­мый благодатный материал для художественного украшения рассказа и для психологических рассуждений.

Рассказать друзьям